МакКей — другой вариант той же темы. Отец с детства убеждал его, что он особенный, что он станет профессиональным футболистом. Но МакКей столкнулся с реальностью: он не лучший, шансов немного, а вся его идентичность построена на чужой мечте.

«Эйфория» не обвиняет родителей в том, что они злодеи. Она показывает цепочку: нелюбовь → боль → неспособность любить → новая нелюбовь. И вопрос, который задаёт сериал: где эта цепочка рвётся?

Но детство оказалось не таким безоблачным, каким выглядело снаружи. Мать воспитывала дочь в строжайшей дисциплине и аскезе — будила среди ночи, если выбилась простыня, запрещала общаться с мальчиками, наказывала физически.

Из жёсткого опыта детства позже вырос один из главных принципов искусства Абрамович — умение терпеть боль и превращать её в высказывание.

С детства Марина рисовала — это было единственное, в чём родители её поддерживали. Но живопись быстро показалась ей тесной. Однажды, лёжа на траве и глядя в небо, она увидела следы военных самолётов и подумала: зачем ограничивать себя холстом, если можно делать искусство из огня, воды и человеческого тела?

Кэт не может признаться, что ненавидит себя — потому что «сейчас так не принято», мир требует от неё публичной уверенности. Лекси всю жизнь была тихим наблюдателем рядом с яркой сестрой Кэсси — и единственный способ сказать то, что она думает, это поставить пьесу.

Спецэпизод Trouble Don't Last Always, вышедший между первым и вторым сезонами, — это целый час про это одиночество. Ру и Али сидят в кафе на Рождество и разговаривают. Никакого экшена, никаких вечеринок. Только два человека, которые говорят о том, зачем вообще жить. Это один из самых сильных эпизодов всего сериала — именно потому, что в нём нет ничего, кроме слов.

Австрийский сделал ставку на провокацию: водный мотоцикл в бассейне, обнажённые тела, громкая идея про туристическую катастрофу в Венеции. Сама по себе тема неплоха — но эпатаж в итоге перекрыл смысл. «Люди приходили посмотреть на голых мужчин и женщин и забывали, о чём вообще эта работа», — рассказывает Ольга.

• Жанр: биографическая драма, музыкальный байопик
• Режиссёр: Ричард Линклейтер

31 марта 1943 года. В легендарном бродвейском баре «Сарди» густой дым и нервное ожидание. В нескольких кварталах отсюда гремит овациями премьера «Оклахомы!» — мюзикла, который прямо сейчас навсегда меняет историю театра. Его создатель Ричард Роджерс празднует триумф с новым партнёром, а в это время в полумраке бара сидит Лоренц Харт — человек, который годами писал с Роджерсом лучшие джазовые стандарты Америки, от «My Funny Valentine» до «The Lady Is a Tramp», но теперь оказался «бывшим».

✗ это роман о «странной» любви
✓ это исповедь насильника

В массовой культуре «Лолиту» часто представляют как историю «запретной любви» или излишне эстетизируют отношения взрослого мужчины и юной девушки. Образ «нимфетки» даже превратился в глобальный тренд — сейчас его повторяют и популяризируют такие звёзды зарубежной поп-музыки как Сабрина Карпентер (певица связь между образами отрицает).